?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Что делат если иерей впал в какой-либо из телесных грехов?
tauszev
no title

Фреска Эммануила Сепфаке изображающая Ангела Господня с Причастием поприрающего недостойного священника находиться в храме на кладбище города Перама, центра епархии Милопотамос. Прототип этого фреска находиться в древней историческом храме Св. Троицы в этом же городе, недалеко от монастыря Аркади (символа больбы Критского народа за независимость). Надохиться в нутри алтара, примерно рядом с Жертвенником.

Преп. Анастасий Синаит
Каким образом должны мы без соблазна причащаться Святых Таин, если мы слышали или видели, что иерей впал в какой-либо из телесных грехов?

Ответ
1. Проводить дознание и судить иерея — дело только архиерея, а не мирянина, даже если некоторые в настоящее время предаются мечтаниям о том, что они могут это делать. Если мы дерзнем, руководствуясь собственным разумением, осудить жизнь иереев, то тогда и сатана позаботится устроить все так, чтобы они подавали повод к соблазнам во всех [вещах], — подобным образом мы и душам своим нанесем вред, и останемся без Причастия. Но если иерей нуждается в осуждении или исправлении, то мы должны донести свои [обвинения] его до епископа. Для нас, принадлежащих к чину овец, невозможно судить пастыря, за исключением только того случая, если он погрешит в вере[1].
2. Если мы достойны Святых Таин, то Причастие станет в просвещение нам, а недостойная жизнь иерея ничем не сможет повредить нам. А если мы недостойны дара и Причастия Святых Таин, то хотя бы и Ангел преподнес нам их, все равно мы не получили бы никакой пользы. Ведь даже Иуда, получив [Причастие] из божественных рук Христа, не обрел никакой пользы[2]. Грешный иерей подобен человеку, чьи руки поражены проказой и кто раздает деньги: проказа остается с ним, а золото и те, которые его взяли, пребывают неповрежденными и незатронутыми проказой[3]. Послушай же душеполезное повествование о том, что произошло при Аркадии, ставшем епископом пятьдесят лет назад.
3. На расстоянии примерно пятнадцати верстовых столбов от Констанции находилось местечко Трахиадес. В этом местечке жил некий пресвитер, который под действием диавола впал в прелесть и стал чародеем, причем настолько нечестивым, что вместе с блудницами и шлюхами ел и пил из священных сосудов. Спустя некоторое время об этом было узнано и доложено [властям]; [священник] был лишен сана и задержан. Подвергающий его дознанию помощник губернатора провинции обратился к нему с такой речью: «Скажи [мне, человек] несчастный и недостойный никакого человеколюбия, а достойный всякого наказания и возмездия, — понятно, что ты относился с презрением к будущему Страшному Суду и не задумывался над судом нашим. Но как не ужасался ты пред внушающим трепет престолом в алтаре, принося Страшную и Бескровную Жертву? Не думал ли ты, что с неба сойдет огонь и сожжет тебя или что земля разверзнется и поглотит тебя?».
4. На это чародей ответил: «Клянусь Богом, Который ныне наказывает меня твоими руками и Который в будущем покарает меня Своею собственною дланью, что с тех пор, как отступил я от Бога и стал чародеем, я никогда не совершал Святое Приношение и не причащал народ, но Ангел Господень входил в алтарь, привязывал меня к столбу здесь, приносил [Бескровную Жертву] и причащал народ; а после того, как он говорил: “С миром Христовым изыдем”, он развязывал меня, и я мог выйти. Однако никто из [верующего] народа не видел этой тайны, а только я один: народ же считал, что это я приношу [Жертву] и причащаю людей».
5. Не менее достойно письменного упоминания и то, что рассказал мне блаженный схоластик Исидор, скончавшийся три года назад. Он сказал, что, будучи еще мирянином в Александрии, имел зятя, у которого с рождения на лбу была шишка величиной с яблоко. По его словам, зять имел обыкновение, как только он причащался Святых Таин, запечатлевать эту шишку остатками Святой Крови [с губ своих].
6. Как-то в один из будничных дней, в полдень, он пришел в храм Святой Богородицы, что в районе Феоны, и, под действием диавола заглянув в дверное отверстие, увидел в ризнице настоятеля храма, совокупляющегося с женщиной. Удалившись на некоторое расстояние — так, чтобы видеть, как женщина ушла, он стал рассуждать с самим собою, нисколько не осуждая [настоятеля] и не приходя в замешательство, так: «Если клирик и согрешил ныне, то вполне возможно, что завтра он покается и спасется. Не мое дело судить его до тех пор, пока Христос не произнесет [Свой] суд над ним. Во всяком случае, я верую, что Святые Таины преподаются нам не руками человеческими, а руками Ангелов». И только он приступил к Причастию, открыл уста и сказал «Аминь», то сразу же исцелилась и исчезла шишка на его лбу.
7. Если же подлинно проклятые [скептики] скажут, что [такого рода] повествования являются баснями, то пусть их постыдит Святой и Вселенский Собор триста восемнадцати отцов и сохранившийся в связи с ним рассказ о блаженном и святом царе Константине. [Этот рассказ гласит:] после осуждения нечестивого Ария и определения, [данного в Символе] православной веры, диавол, не могущий перенести зрелища мира, [воцарившегося] во святых церквах, возбудил епископов друг против друга, и они подали царю письменные обвинения, в которых каждый укорял другого в телесных, гнусных и нечестивых, преступлениях.

Преп. Анастасий Синаит, Вопросы и ответы, Пер. с греч., вступ. статья и коммент. А.И. Сидорова, М. 2015. C. 354-359.


[1] Перевод свободный; в тексте: εί μή τι αν έπι της πίστεως σφάλληται. Данное высказывание весьма важно для понимания самого Православия, поскольку точность (акривия) и строгость вероучения является основой основ его. В своем сочинении «Слово о Святом Собрании» преп. Анастасий говорит: «Особенно же не суди священника Божия по тайным и неявным слухам, которые ты услышал о нем. Не говори, что приносящий [Бескровную Жертву] — грешник, что он осужден, что он недостоин и что благодать Всесвятого Духа не пребывает на нем. Пусть никто так не помышляет. Но есть Тот, Кто ведает и испытывает тайные сердца. Познай самого себя, которого ты всячески превозносишь, и предоставь суд Праведному Судие. Пуст священник держится Божественных догматов, а в отношении остального ты не судия сознаёшь свою собственную меру и свое достоинство» (Преподобный Анастаси Синаит. Избранные творени. М., 2003. С. 31).
[2] Ср.: «Умоляю, не суди никого, особенно же священника Божия, но с верой, деятельным покаянием приступай к Божественным Тайнам, и сподобишься всяческого освящения. Ведь если приносящий Бескровную Жертву был бы даже Ангелом Божиим, а ты приступил недостойно, то и Ангел не очистил бы тебя от грехов. А что сказанное мной истинно, свидетель тому сам Иуда. Ибо он из самих пречистых рук Владыки принял Божественный Хлеб, но, поскольку принял его недостойно, тотчас вошел в него сатана» (Там же. С. 318).
[3] Это высказывание частично совпадает с одним фрагментом свт. Анастасия I Антиохийского (вторая половина VI века). Здесь говорится: «Почитающий того, кто достоин священства, и называющий его святым — почитает и прославляет человека, а почитающий того, кто недостоин священства, — почитает [само] священство. Рассмотри, что из двух более достойно почитания. Пожалуй, второе». И далее следует указанная фраза с небольшими нюансами расхождения от текста преп. Анастасия. См.: ΑΝΑΣΤΑΣΙΟΥ A' ΑΝΤΙΟΧΕΙΑΣ ΑΠΑΝΤΑ ТА ΣΩΖΟΜΕΝΑ ΕΡΓΑб Εξεδ. Σ. Ν. ΣΑΚΚΟΣ. ΘΕΣΣΑΛΟΝΙΚΗ, 1976. Σ. 138-139.


Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.